RU | EN | AB
закрыть
открыть
ВЫБОР ДОРОГИ К ХРАМУ ПРОФЕССИОНАЛИЗМА
ВЫБОР ДОРОГИ К ХРАМУ ПРОФЕССИОНАЛИЗМА 02.12.2017

Выбор дороги к храму профессионализма

 

Эля Джикирба*

 

Я как-то давно уже говорила и сейчас повторюсь, что государство в сегодняшнем мире не может состояться без интеллектуальных элит. Если обществу не удалось их взрастить – оно обречено на придаточную функцию вместе со всеми своими национальными интересами, гордостью, мифологемами и планами на будущее.

 

Представьте себе, что у вас есть тело. Функционирующее тело: ходят ноги, двигаются руки, исполняются функции репродукции, поглощения пищи и отправления естественных надобностей. Но нет головы. То есть, она у вашего тела есть, и даже с мозгом, но он отдаёт только те приказы, которые дают возможность телу исполнять свои утилитарные функции. И всё. Больше ничего ваш мозг не умеет. Вот примерно так и выглядит государство, в котором нет интеллектуальных элит: как запрограммированный на примитив робот.

 

А теперь представьте, что этот робот живёт на границе между мирами. Да ещё в таком месте, где много чего есть – и земля, и вода, и воздух, и недра, и море. То есть, робот ничего не может, кроме как «поесть-поспать-пожрать-размножиться», но занимает удивительное по концентрации богатств пространство. Примерно так и выглядит населяющее Абхазию общество. Как этот самый робот.


Что ждёт подобное общество, и землю, которую оно занимает? Ответ простой. Только придаточная функция. Транзит, откачка недр, лесов, рыбы, зверя, эксплуатация красот, накопительный синдром – построить, чтобы быстрей отбить, продать, обменять, вновь построить, отбить, можно казино, можно аква-марину, можно траффик, ещё как можно траффик, сам бог велел – и всё. Ничем иным придаточная функция наполнить своё содержание не сможет, поскольку не обладает иными свойствами, кроме одного – свойства обслуги.

 

Поствоенное общество сильно способствует подобному подходу. На что нацелены основные декларации развития при всей их риторике о «национальном пути развития» (а что это вообще такое, «национальный путь», никто кстати, так и не сформулировал)? А они нацелены только на одно – на прибыль. Извлечь прибыль из любого проекта, способного приносить деньги – вот это и есть главная идея Абхазского государства.

 

Вы скажете, что «да, а что, разве это плохо – зарабатывать?». А я вам отвечу - в условиях Абхазии да, это плохо. Потому что извлечение прибыли – это конечный пункт развития. Его апогей. И ему должен предшествовать длинный путь формирования кадров, способных эту самую прибыль генерировать не через прямолинейные схемы, а путём создания многоуровневых конструкций. А чтобы выстраивать многоуровневые конструкции, нужны интеллектуальные элиты. Либо общество обречено на придаточную роль. Такой вот заколдованный круг.


Что такое придаточная роль?

 

Это когда общество – это узкий круг счастливчиков (тех, кому удастся войти в тандем с внешним игроком), тонкая прослойка «обслуги» (чиновники высокого ранга, крышующие, охранники, банкиры, таможня, и так далее) — и все остальные, вынужденные перебиваться случайными заработками, либо влачащие полунищенское существование.

 

Про то, насколько хватит недр, лесов, полей и рек при придаточном функционировании, можно даже не гадать. Ненадолго хватит. Что ожидает общество потом? А ничего не ожидает. Внутренняя Монголия ожидает (регион, наиболее всего пострадавший от китайской экономической модели). Чтобы избежать подобной участи и нужны свои элиты. Вопрос. Как их создать? Чтобы создать свои элиты, нужно создать условия для них.

 

1. Сформулировать и донести до общества перспективы его будущего в случае, если Абхазия продолжит идти по пути извлечения прибыли, как основного двигателя развития. Честно сформулировать и честно донести. Объяснить, что если не будут выстроены собственные институты, способные взращивать собственных профессионалов, строить равноправное, сытое и способное защититься от внешних угроз будущее будет некому. Всё, что делается пока в стране, нацелено на обслугу. И не надо себя обманывать утопическими вредоносными идеями построения национального государства. В той ситуации, в которой находится Абхазия, даже квазиусилия в этом направлении не принесут никакого результата. Низкая высота изначально заданной планки не позволит.

 

2. Избавиться от не истреблённой пока что иллюзии, что где-то кто-то сидит и думает о том, как помочь Абхазии строить сильное государство. Иллюзия эта, родившаяся благодаря советской идеологии («кипучая, могучая, никем непобедимая», «новая историческая общность – советский народ», «мы наш, мы новый мир построим – кто был ничем, тот станет всем») служит категорически плохую службу обществу, дезориентирует его, и укрепляет (а это главное!) в мысли, что единственным путём развития гармоничного сытого будущего может быть лишь путь извлечения прибыли.

Нет. Всё как раз наоборот. И это надо понять самим и суметь донести до общества.

 

3. Формирование элит должно начинаться с детского сада и с помощью целого ряда мер — от изучения языков, основ этики и эстетики, привития экологической культуры, общего развития, и так далее. К школе ребёнок должен чётко осознавать, что будущее страны, в которой он живёт, зависит только от него. И что никакое историческое прошлое, каким бы героическим оно не было, никакие национальные идеи, какими бы соблазнительными они не казались, не помогут ему, если он не будет подготовлен к современным вызовам.

 

4. Четвёртый пункт – самый болезненный. Интеллектуальные элиты не смогут сформироваться без помощи извне, ведь чтобы подготовить профессионалов, способных донести до общества прагматичные идеи конкурентоспособности, нужны учителя. А учителей нет. Значит, их надо приглашать. Со всеми, как говорится, вытекающими – с выдачей жилья, социальной защитой и оплатой труда. Путь этот длинный и долгий, но иного нет и не будет. Профессионалы не падают с потолка. Их надо долго и целенаправленно растить.

 

5. Понятно, что всё сказанное упирается в деньги, точнее, в их отсутствие. Но, на выстраивание придаточной модели, они же нашлись? Значит, найдутся и для неэкстенсивного, поступательного пути. Общество должно выбрать – либо оно уничтожает себя (из-за одновременного сочетания низкой планки и демографических рисков), либо оно долго, медленно, по кирпичику, выстраивает конкурентоспособную модель. Профессионализм как идеал даст импульс новым подходам. Стране нужны кадры, свои кадры. Ведь срывы, провалы и сопутствующее им чувство безнадёжности, пессимизм и комплекс неполноценности уже устойчиво укоренились в стране. Не вижу условий для их искоренения. Когда путь выбран неверный – дорога не приведёт к храму.

 

Продолжение

 

Вот, читаю я программу Послов доброй воли (кстати, отличная идея, как раз направленная на расширение связующего пространства), и вижу там пункт «Развитие национального языка и апсуара». 

 

Предлагаю копнуть поглубже и заглянуть в суть этого несколько абстрактного слогана, ибо, с языком ещё более-менее понятно, а вот, что такое апсуара в контексте современных реалий, никто мне объяснить так и не смог. Кодекс чести? Какой чести, что именно имеется в виду под честью, скачки на ипподроме, или Хаджарат-ахаца (был абреком, кстати, то есть, грабил и убивал на большой дороге), или новелла Михаила Лакербай о терпящем муку боли юноше, который не смеет прервать речь старца, или желание вернуть княжеское правление ( это вообще за гранью)... 

 

Что вообще такое «апсуара»? Нарт Сасрыква, что ли? (Он кстати, и не абхаз, от слова «вообще»).

 

Нет, под «апсуара» скорее всего, создатели слогана имеют в виду общество, в котором закон главенствует над моралью, при этом, закон принудителен для всех без исключения, и потому он главенствует, а мораль может быть разной, (в зависимости от воспитания и среды), поэтому её надо подчинить. 

Вот, в этом случае, на выходе и получится собственно «апсуара». Вот, ведь в чём фишка. А не в черкесках, белом башлыке, терпящем боль юноше, и покончившей с собой девушке, надевшей плотную одежду перед смертью, чтобы никто не увидел её тела (она кончает с собой из-за случившейся в её жизни слабости, то есть, позор для неё страшнее, чем карающая длань закона, а общество между тем лишается полноценного своего члена, будущей матери и работницы). 

 

Это я к тому, что не в состоянии увидеть этнонационалы из-за узости националистического кругозора. Что «апсуара» в сегодняшнем мире может быть выстроено только адекватными современным вызовам людьми. Проще говоря –профессионалами. А вырастить профессионалов своими силами абхазское общество пока не в состоянии. Приведу пример для наглядности. Можно начинать попытку прорыва к современности путём создания в стране качественной медицины. На одно такое мероприятие денег у страны предположим, хватит. Взять и выстроить медицинский центр, завезти в него оборудование и мощную лабораторию, создать условия для научных исследований, параллельно открыть в университете кафедру медицины и начать готовить там кадры, которые и будут заниматься теми самыми исследованиями. То есть, создать собственный научно-практический институт. Проще говоря - интеллектуальную элиту. 

 

У меня один вопрос. Как это сделать своими силами?

 

Больше у меня вопросов нет.

 

А язык можно и нужно развивать. Но на каком-то этапе, он потребует интеллектуальной подпитки в виде работы мысли не только в области стихотворчества и постановки спектаклей. А если к тому времени всё вокруг языка останется по-прежнему (в рамках планки этнонационалов, мечтающих, поплёвывая в потолок, о националистическом государстве, где чистокровные обазги и обазьки читают мантры на чистокровном обазьском языке под восхищенными взглядами инвесторов) – то так и будет. Мантры будут, но уже в качестве обслуги на заводе (лесозаготовке, рыболовецких шхунах, шахтах по добыче драгметаллов и минералов, зимнем курорте и гостиницах) принадлежащих большому белому хозяину.

 

А вы думали, вам? Ну, каким образом? Вы же для этого не создали никаких условий, родненькие.



*Писатель, блогер

 


Мнения, высказанные автором статьи, могут не совпадать с позицией ЦГП.



Последнее видео